Две жизни художника Чоколова (4)

У художника было много разных вариантовтаких паласов. Иногда нижние полосы являлись наиболее контрастными и яркими, поним чередовались стилизованные цветы с геометрическим рисунком. То в его центресобиралась вся цветовая красота. Именно в полосатых коврах, в большей степени,чем в спокойных килимах, проявился темперамент художника, свойственный егокерамике.

Красив его ковер с охристой рамой. Рамав килимах очень распространена. По чоколовской замысловато стилизован рисунокженских Фигурок, своеобразный хоровод вокруг сложно-голубого коврового поля. Понему разбросан негустой геометрический рисунок. Все его ковры украшены самымипростыми геометрическими элементами: полоска, ромбик, квадратик, лесенка.

Чоколов был очень внимателен к окраскепряжи, добиваясь мягких и сложных по цвету голубых, розовых, по-разному серых,зеленых и золотистых тонов. Красители были, в основном, химическими.

Ковры ему ткали в ковродельческихартелях Маркулешт, а также в женском монастыре в Таборе. Монастырь действовалпо уставу скита. Поэтому монахини жили не в кельях, а по три сестры в отдельныхдеревенских домах. В них, в самой большой комнате, стоял красивый, почтисредневековый станок, с натянутой хлопчатобумажной основой. На нем монахини,нитка за ниткой, осуществляли его заказы. Эти кропотливые мастерицы былиобъединены в артель под неожиданным названием «Большевик».

Все созданные Чоколовым гладкошерстныековры имеют бытовое назначение и призваны вносить в дом радость и праздник.

Усилия Чоколова и его коллег быливознаграждены. Молдавские ковры, показанные на Всемирной выставке в Брюсселе(1958 г.), получили золотую медаль. Это было шагом вперед в культуремолдавского ковроделия.

 Задачи, которые стояли перед художниками-прикладникамив работе над коврами и керамикой, способствовали созданию и мебели.

Она, во-первых, должна соответствоватьмодулю квартир, а также быть легкой, удобной в употреблении и не лишенанационального стиля.

Первый опыт художников Молдавии оказалсянеудачным. Подчеркнуто деревенский характер мебели делал ее архаичной.

 Роднин называл мебель Чоколова»выразительной». «Формы ее современны, — писал он, — вконструкциях улавливается, рациональное понимание практическойцелесообразности». [28а]

Кресла по конструкции напоминалишезлонги, благодаря чему они и были легкими и удобными. В их, а также дивана истоликов, деревянных деталях Чоколов умеренно использовал резьбу, характернуюдля народной мебели. Все сиденья были обшиты его ковровыми дорожками. В центрестолешниц керамической салфеткой уложен расписной изразец. Светлое дерево,темные ковры и пестрая керамика — это было красиво.

В экспозициях художественных выставокчоколовская мебель проигрывала, поскольку эти произведениядекоративно-прикладного искусства призваны формировать бытовую среду. В нихзаложена технология массового производства. Они созданы, чтобы на них несмотреть, а пользоваться ими. В данном случае их утилитарное назначениеподчиняет образное.

Мебель, так же как и посуда, оживает вупотреблении. Но многое, конечно, зависит от обладателей этих предметов. Тутуместно сказать, что уникальный, присущий незаурядной личности С.Чоколова,образ быта был создан им у себя в квартире.

Там все было сделано собственноручно.Народный дух, им воспринятый и воссозданный в мебели, коврах и керамике,прекрасно сочетался со стилем его трудовом жизни. С пейзажами Молдавии, имнаписанными, с коллекцией икон и прикладного искусства, им собранной, сосвоеобразной библиотекой, где кроме книг по искусству были поэзия,художественная литература на шести языках, которыми владел хозяин. Про негоговорили: «У Сергея Семеновича две руки — правые». Он умел шить,прекрасно готовил, оставшись один с сыном, ловко вел свое хозяйство. Он любилбыстрое движение. После войны по Кишиневу оглушительно гремели его самодельныедеревянные сабо, которые он последовательно сменил на велосипед, мотоцикл, апотом уже и на машину.

 Но жизнь его не щадила. Нельзя назвать еелегкой. В 1957 году Сергей Семенович получил горестное извещение о трагическойгибели Карла, его  сына-геолога.

***

Удовлетворить всеобщую потребность времеслах оказалось невозможным. Производство же серийного выпуска илитиражирование предметов художественных ремесел на территории бывшего Союзапостепенно стало избыточным для массового потребления. На их место в странах сразвитой промышленностью пришли художественные конструирование и дизайн.

Интересные исследования этого вопросаЛ.Кантором показали, что в результате, в декоративно-прикладном искусстве,начало развиваться новое направление, которое позже получило названиестанково-прикладное. В отличие от утилитарного, произведения которогосоздавались с целью их использования в быту, в станково-прикладном они своимэстетическим видом должны доставлять наслаждение, т.е. их назначение — красота.Грань между этими направлениями чисто условная, поскольку и встанково-прикладном могут быть использованы утилитарные формы предметов. Вдругом случае они могут служить прототипом для создания совершенно новых форм,новых предметов, декоративная красота которых порой поднимается до живописнойили скульптурной выразительности.

Это явление в декоративно-прикладномискусстве уже можно было наблюдать в конце 50-х годов, ставших для художниковбывшего Советского Союза началом большой и серьезной выставочной работы.Значительные выставки чередовались одна за другой.

В Советском Союзе выставкичехословацкого стекла, японской керамики. Всемирная выставка в Брюсселе,Международная выставка в Остенде. Участие в этих выставках требовало от художников-прикладниковсовершенно нового отношения к создаваемым произведениям.

«Постепенно вырабатываласьконцепция выставочного ансамбля. Выставка — искусство зрелищное, где зрелище несамоцель, а средство для достижения больших познавательных задач. На выставкуприходят смотреть, а не читать, отсюда — установка на повышение культурывизуального мышления» [28б], -писал Кирилл Макаров.

Чоколов опережает новую»установку». Представленный им в 1953 году на выставке в Пекинесервиз для вина и Фруктов «Цветущая Молдавия» уже отчасти отвечалтребованиям конца пятидесятых годов.

Если в названии «для вина иФруктов» еще обозначается его утилитарное назначение, то воспринимается онуже как красочное и нарядное зрелище.

Все ансамбли чоколовской керамики сбогатейшим размахом форм, величине, цвета — интересны, как театр. С большими ималыми ролями, с главными и второстепенными героями. Чоколовский керамическийтеатр бурно рассказывает о плодородии молдавского лета.

Поскольку цветение растенияпредполагается в верхней части его стебля, то и в чоколовских ансамблях всякрасота собирается в верхней части вертикальных предметов: ваз, бурлуев иплосок. Само «цветение» изображают пробки, ручки, лепнина вокруггорлышек предметов.

Вколлекции Национального художественного музея Молдовы не сохранилось ни одногочоколовского ансамбля. Отдельный же, выхваченный предмет, если он вертикальный,производит впечатление «неоправданной пышности», поскольку он один нев состоянии отвечать за всю «Цветущую Молдавию», в которой, вконтраст этой «пышности», тут же рядом находились спокойные миски инеобыкновенно красивые блюда. Они все вместе объединены общим замысломхудожника.

[28а]К.Роднин. ИскусствоМолдавии. Прикладное искусство. «Картя Молдовеняскз», 1967г.

[28б] К.А.Макаров. Советскоедекоративное искусство. «Советский художник», М., 1974.

Широкие спокойные плоскости блюд иполураскрытых чаш, мелкая и нарядная лепнина ручек, пробок — это всепредвестье, это все для контраста с распахнутой прелестью цветка-вазы. Это -главный герой. В лучших своих вариантах внутренняя часть чаши неожиданноодноцветная. Сочное пятно поливы концентрирует вокруг себя весь ансамбль.

Интересно, что на вазе-цветке, на еготулове художник изображает цветок, как бы растительный прототип керамическойвазы. Вдоль его стебля — листья, листья, листья, а вдоль тулова вазы — ручки,ручки, ручки.

Чоколовская керамическая ваза-цветок,совместно с другими предметами, тревожит воображение. Заставляя вспоминатьобжигающее солнце Молдовы, непререкаемую красоту ее пейзажей, перченый степнойвоздух, сказки и былины.

Но, если даже рассматривать ансамблькак праздничную посуду для великанских застолий, то и в этом случаеразнообразные силуэты предметов, шумные роспись и лепнина, богатая и сочнаярасцветка вызывают в памяти свадебный жок или молдовеняску.

Вних до поры затихли,

Волшебнымсном заснули

Горячихплясок вихри,

Веселыхпесен гулы.

 

В творчестве Чоколова большое местозанимали вазы. Далеко не все можно увидеть в нашем Художественном музее.

 У него были ваза-тур, напоминающая шахматнуюФигуру, плоски-чайники, похожие на петухов, круглые и вытянутые вазы скрышками-башнями, ребристые — на трех ногах и с тремя ручками. Вазы-цветыразнообразных конструкций. Были вазы расписные, гравированные, одноцветные,муравные с лепниной и т.д., и т.п.

Из тех, что сохранились в музее,привлекает особое внимание круглая ваза (1953 г.), высотой в 42 сантиметра. Онаслишком большая для малогабаритных квартир и слишком своеобразная длягосударственных учреждений (других тогда не было). Ее красота, во-первых, впростоте формы. Почти шар. Во-вторых, в окраске. Она — красная, цвет обожженнойглины кое-где просвечивается сквозь прозрачную глазурь. По широкому центральномудиаметру она украшена круглыми сложно-голубого цвета медальонами. В третьих,она очень удачно офактурена. У горла и у донышка — мелкая лепнина, остальноетулово — это контраст ровной поверхности с мелкой гравировкой. Эта рябьусложняет цвет росписи: птицы, среди которых есть и павлины, виноград и цветы.В деталях ваза многоцветная, но в целом благородно сдержанная. Она вполнесоответствует новым станково-прикладным устремлениям искусства, т.е. ее цель -доставлять наслаждение своей красотой.

 Придумывая очередной сосуд, Чоколов тщательнопрорисовывал его в эскизах. Для росписей делал беглый графитаж, потомимпровизировал прямо на сосуде. Известно, как сложна подглазурная живопись, длясвободной импровизации художник обладал большим мастерством. Его роспись всегдаэмоциональна. Палитра его гармонична, разнообразна, взята от природы. Онапривлекает зрителей хорошим вкусом и лиричностью.

Во все чоколовские сервизы и ансамбливходили его замечательные блюда. Они универсальны. Их можно было быиспользовать в быту или украшать ими стены квартир. Но лучше всего онисмотрятся в музейных помещениях, где их сразу много.

 Все они традиционно круглые, в диаметре 30-38см. У одних более темное дно, у других — более темная рама.

 В них автор показывает себя весьма тонкимзнатоком народных традиций. Цвет их сложен и «аппетитен», как цветвкусного крестьянского хлеба или как цвет душистой и влажной весенней земли.Сочетания этих расцветок бесконечны.

Украшены блюда скупо. Слегка офактуренкрай рамы, по которой легким рельефным рисунком набросаны незатейливые цветы.Благодаря подтекам и смесям прозрачной глазури и цвету сквозь нее обожженнойглины поверхность блюда можно сравнить с талантливой живописью. Глядя начоколовское блюдо, никак нельзя воскликнуть: «Ах, какой красивыйорнамент!». Воспринимается, воздействует весь предмет, поэтому можноговорить о красоте всего блюда, включая сюда и его сложную окраску. И этоотносится ко всем лучшим произведениям художника.

Творчество Чоколова отвечалотребованиям времени и пользовалось заслуженной популярностью. Он был участникоммногих выставок, в том числе в 1959 г. Международной выставки в Остенде. Егоработы были приобретены Международной академией по керамике в Женеве. Но иземляки радовались его произведениям: «Чудесные, исполненные невыразимойпрелести и народного своеобразия изделия из керамики талантливого мастераС.С.Чоколова».[28в]

[28в]  В.Широкий. Своеобразиеманеры художника. «Советская Молдавия», 15 октября 1958г.

В 1960 году Указом ПрезидиумаВерховного Совета МССР за выдающиеся заслуги в развитии молдавского искусстваС.С.Чоколову было присвоено звание заслуженного деятеля искусства МССР.

 К этому времени относится еще одно событие, нов личной жизни Сергея Семеновича. Он женится на актрисе Констанце Тырцэу.

 Уважение коллег, зрителей, конечно, вызывалоответное чувство уверенности в правильно избранных в искусстве позициях в том,что дело, нужное людям, и труд не напрасны. Он был уже далеко не молод. Поройощущал усталость. Атмосфера этого периода не предвещала кардинальных перемен вего творчестве.

В магнитофонной записи воспоминаний,относящихся к этому времени, он говорил о принципах, исходя из которыхопределял задачи своего искусства: связь с историей, народным творчеством,мастерство, индивидуальность.

Судить о ценности произведенийС.С.Чоколова этого периода мы можем только в соответствии с нашей способностьюпонять его задачи.

Если человек хотел в свое времяпостроить всем нужный дом и построил его, то зачем его упрекать в том, что онне построил аэродром, который нужен нам теперь?

Об этом приходится говорить, т.к.проскальзывают попытки умалить период цветной керамики в творчествеС.С.Чоколова.

Он продолжал много работать. Былтребователен к уровню мастерства.

Художник, казалось, был полон сил,надежд, планов.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *