История воскресных школ

Сайт предлагает ознакомиться с историей воскресных школ в России не по текстам неизвестных авторов в Википедии, а по рассказу того, кто творил историю.  Бабка Натальи Алексеевны Васильевой Фаина Ефимовна Буслова ряд лет преподавала в воскресных школах. Благодаря школам молодая Фаня Рязанская на всю жизнь обрела своих лучших и верных друзей.
О роли друзей Фаины Ефимовны в деле развития воскресных школ России в следующих сообщениях  нашего сайта.

Фаина Буслова

Воскресные школы в дореволюционной России

Мысль о Воскресных школах впервые зародилась в России под влиянием знакомства деятелей по народному просвещению с  Воскресными школами Западной Европы, где они существуют с XVI века, а в Америке они появились с XVIII века. Непосредственным же образцом послужили Воскресные школы г. Дерпта (впоследствии Юрьева) и др. городов Отзейских губерний, в которых Николай I разрешал их открытие. Первым инициатором и ходатаем об открытии Воскресных школ была С-Петербургская ремесленная Управа в 1858 году, но ее хлопоты ни к чему не привели, — разрешения получено не было. Удалось открыть в том же 1858 году частную Воскресную школу в С-Петербурге у себя на дому госпожой Шпилевской, школа которой и явилась первой Воскресной школой в России; была она устроена для бедных девочек, велась одной Шпилевской без всякой посторонней помощи. Собственно настоящей первой Воскресной школой является Воскресная школа, открытая кружком студентов Киевского Университета. Общий надзор за ходом учения в ней был поручен профессору Н.В.Павлову, а бывший в то время попечителем Киевского Учебного Округа известный врач Н.И.Пирогов оказывал ей содействие, посещал ее и даже преподавал иногда сам.
В этом же 1859 году и тоже в Киеве открылась и вторая Воскресная школа. Записалось учащихся сразу 150 человек. Ученики были помещичьи крестьяне, мещане, ремесленники, подмастерья и большею частью крепостные. Успех киевских студентов вызвал подражание, с ними по делу воскресных школ снеслись студенты других городов, явился запрос со стороны интеллигенции и вскоре последовало открытие Воскресных школ сначала в больших городах – Петербурге, Харькове, Казани, Одессе, а затем во многих губерниях и уездных городах, как например, в Рязани, Могилеве, Оренбурге, Чернигове и прочих. Во многих из них открылось сразу по нескольку школ (например, в Одессе).
Вторая столица – Москва несколько запоздала в этом отношении, первая Воскресная школа в Москве появилась только в конце 1860 г., инициаторами ее были студенты Московского Университета. Зато в Москве почти сразу открылось 12 воскресных школ – 9 мужских и 3 женских. Все за один 1860 год. Во всех воскресных школах занятия велись исключительно по воскресеньям (откуда и самое название воскресных школ), обучались в них: чтению, письму, арифметике и обязательно закону божию. Учащиеся были люди неграмотные или чуть-чуть читавшие. Организация всего дела была очень проста: отводилось бесплатное помещение, обычно в городских казенных училищах, труд преподавателей был бесплатный, посещения учащихся добровольные, необязательные, книги и учебные пособия тоже бесплатно. К преподаванию допускались буквально все желающие. Пошли учить и педагоги, и барышни, офицеры, артисты, студенты. Часто брались учить те, кто не имел понятия, как учить, но у них было огромное желание быть полезными.
Правительство в лице Министра Народного Просвещения выражало свое полное сочувствие делу воскресных школ. Был издан циркуляр Министром Внутренних дел графом Ланским 22 марта 1860 года к начальникам губерний, который узаконил воскресные школы, находя в них «существенную пользу», губернаторы, опираясь на этот циркуляр, предлагают городским и уездным обществам ассигновать средства на организацию и поддержку воскресных школ. Один губернатор в своем приказе выражается так: «ничем не стеснять открытия воскресных школ, не затруднять учредителей в их полезном для города предприятии» (см. книгу Вахтерова «Внешкольное образование»). А губернатор Московской губернии князь Оболенский выражает официальную благодарность д-ру Рахманову за открытую им воскресную школу в Богородском уезде.
Организовывались школы и в казармах для нижних чинов в Петербурге и Москве, преподавателями в них были офицеры.
В Петербурге составился кружок частных лиц, поставивший себе задачей открывать воскресные школы, для чего открыли подписку и на денежные средства и на желающих придти личным трудом. Этот кружок имел хозяйственный комитет, официально и свободно собиравшийся для решения своих дел.
Является вопрос, что же такое случилось, почему именно теперь, т.е. в конце пятидесятых годов 19 века, а не раньше обнаружился такой интерес к воскресным школам, явился такой подъем в этом деле, и что же представляли из себя эти воскресные школы?
Конец пятидесятых годов – это период после злополучной Севастопольской компании, смена царствования Николая I, подготовительные и беспокойные годы перед ликвидацией крепостного права, новые выдвигающиеся экономические факторы – все это в целом и общем двигало на новые пути, на новые формы жизни, изменяло и самую сущность русской жизни. В частности оно, конечно, отразилось и на деле народного просвещения – Русское общество того времени, каждый слой, каждый класс его, конечно по-своему, но буквально все оно, было всколыхнуто наступающей и наступившей новой эпохой.
В низах, в народных толщах, явилась тяга к грамоте, к просвещению, к знанию. Старые устои падали, новые нарождались, нарождался с ними и новый человек. Учиться в школу пошли помещичьи крепостные, живущие в городах, как ремесленники, оброчные, подмастерья и ученики разных мастерских, прислуга, мелкий приказчик, мелкий торговец, мещанин. Шли и дети, не обучающиеся в детских школах по разным причинам – по темноте и невежеству родителей, по бедности или потому, что детьми уже вынуждены жить наемным трудом. Всем им воскресная школа открыла свои двери, всех встречала одинаково приветливо и охотно. Интеллигенция в лице преподавателей жаждала передать свои знания «меньшому брату» — крепостному, темному и бесправному.
На первых порах либеральное дворянство и чиновничество сочувствовало народному просвещению. До поры до времени и, очень недолго надо добавить, либеральничало или вынуждено было уступать в правительстве в лице министров и губернаторов, издавая вышеприведенные приказы и циркуляры о поддержке и открытии Воскресных школ.

Лучшие представители русского общества, пользуясь этой уступкой административных сфер, с жаром и энергией отдавали свои силы и знания. Учили не только бесплатно и бескорыстно, но даже вкладывая свои средства. Кто не мог учить, тот взял на себя заботу изыскивать средства, устраивали лотереи, подписки, артисты давали концерты, газеты открывали подписку (например «Московские Ведомости» — Кашкова).
Ученики шли в школу после тяжелой недельной работы, отрывая единственное для отдыха время – воскресенье. Шли учащиеся в воскресную школу сначала робко и нерешительно, думая и там встретить «хозяина» и «барина», но вскоре убеждались и видели готовность помочь им постичь грамоту и приобрести знания. Они там почувствовали обращение равных к равному, отношения без намека превосходства, без взысканий и принуждений. Вот, эта атмосфера человеческого отношения, плюс преподаваемые знания и были притягательной силой в воскресные школы для тогдашнего учащегося.
Воскресные школы устраивались отдельно мужские от женских, только в Петербурге была одна школа смешанного типа (Вахтеров «Внешкольное образование»). За два года – 1859-1861 было по России открыто 90 Воскресных школ (Абрамов «Наши Воскресные школы»).
Так было в годы 1858, 59 и 60, при чем 1860 год был неполным благоприятным годом для Воскресных школ, весна их продолжалась очень недолго… Уже в конце 1860 года отношение правительства ко всем Воскресным школам стало меняться. Министр Народного Просвещения по согласию с Министром Внутренних дел издал циркуляр с общими правилами для основания и наблюдения за ним со стороны учебного начальства «дабы предупредить возможность уклонения столь полезных учреждений от прямого пути, указываемого им самим их назначением, т.е. распространять грамотность в ремесленном и рабочем классе». Далее циркуляр говорит, чтобы «школы не выступали из границ определенного им круга действия, т.е. чтобы учение в них ограничивалось законом божиим, чтением, письмом и первыми правилами арифметики». Затем циркуляр рекомендовал преподавать только по одобренным Министром Народного Просвещения учебникам и «особенное внимание обращать на то, чтобы учредители и руководители были люди вполне благонадежные».
В 1861 году, когда правительство вслед за проведенной им искаженной от первоначальных проектов реформы отмены крепостного права пошло вспять, реакция коснулась и Воскресных школ.
Все Воскресные школы были взяты под административный надзор, «чтобы предотвратить в них свободное направление». Уже 8 января 1861 года издано Высочайшее повеление о надзоре за воскресными школами митрополиту передана «высочайшая воля, чтоб он издал распоряжение о назначении в каждую воскресную школу священника», «который бы наблюдал, чтобы в школе не допускалось ничего противного истинам православной веры и началам нравственности». Священникам вменялось в обязанность присутствовать на всех уроках, останавливать преподавателей и исправлять неправду (относительно веры) и доносить о «недостойном преподавателе и просить о немедленном увольнении такого преподавателя» — это буквальные слова правил о Воскресных школах, изданных для руководства и исполнения.
В этих новых правилах требуется обязательная благонадежность учредителя, чтобы пресечь то, что наблюдалось: «усердие учредителей и руководителей завлекает их далеко за границы, им указанные» (циркуляр 1861 года). Результатом новых правил и гонений на учредителей – явилось то, что с половины 1861 года число учащихся в Воскресных школах значительно уменьшилось. К концу 1861 года, когда наступило особенно тревожное время во всей России в связи с крестьянской реформой, усилились и кары против Воскресных школ и вот мы видим, что в июне 1862 года издается приказ Военным министром о закрытии воскресных занятий и классов учрежденных при войсках – «ввиду обнаруженного вредного направления в некоторых из них».
А 13 июля того же 1862 года «высочайше» повелено «закрыть все ныне существующие Воскресные школы и читальни без исключения, впредь до пересмотра правил о них».
Причиной столь категорического «высочайшего» даже повеления, была боязнь правительства перед поднявшимся в низах народных масс движением в сторону освобождения и просвещения, которое так ярко характеризует настроение этих масс в конце пятидесятых и шестидесятых годов прошлого века.
Большинство помещиков и чиновников со страхом и ненавистью смотрело на это движение. Оно казалось и именовалось «революцией». Воскресные школы рассматривали, как рассадник революционных идей (да, кстати, иные из них таковыми и были) и как на средство «бунтовщиков и заговорщиков к ниспровержению существующего строя»… «преподаватели некоторых Воскресных школ покушались развивать  вредное учение и превратное понятие о праве собственности и безверие». Даже известные пожары в Апраксинском дворе в 1862 году связывали с влиянием воскресных школ. (Абрамов «Наши воскресные школы».)
Вслед за административными карами поднялась волна враждебного отношения к Воскресным школам и со стороны тех, кто до сего времени молчал или из угождения правительству, пока оно либеральничало, или не желая вызывать его недовольство, но только теперь после циркуляров 1861 года громко заговорило духовное ведомство, агитируя за то, чтоб Воскресные школы были переданы в его ведение «дабы выжить из них дух безверия», учебное начальство не желало теперь нести лишней работы и заботы, которая ему была навязана по началу высшим начальством; городские и уездные заявляли, что не могут нести лишних расходов; хозяева всех видов откровенно начали высказываться о том, что не желают они, чтоб «их люди» учились, так как учение отвлекает от работы, обязанностей и вредит повиновению и т.д. Одним словом многие были удовлетворены, что, наконец-то, правительство пресекло существование воскресных школ (и они перестанут вредить).
Итак, закончился первый период существования воскресных школ.
Иначе думали те, кто учился и учил в Воскресных школах. Когда на свет явились драконовские правила, когда кары шли одна за другой, учредители, преподаватели и все, кому было дорого дело воскресных школ придумывали способы обойти эти правила, замаскировать чем-либо свою работу, но надзор был слишком настойчив, борьба была не под силу. Когда Воскресные школы закрылись, на защиту их встали смелые, лучшие люди того времени, как например Стоюнин, Стасов, известный педагог Ушинский. Они выступили с горячими статьями в печати и докладными записками по начальству и ведомствам. Так Стоюнин в своей статье между прочим говорит: «основанием Воскресных школ есть свободный труд, не наемный, не чиновный, не имеющий никаких личных и корыстных целей».
Тоже приблизительно говорит и педагог Ушинский. Стасов в своей резкой статье в защиту воскресных школ писал, что деятельность воскресных школ прежде всего была освободительная, ведущая к свету и уничтожению невежества и предрассудков, и говорит, что закрывать их большая ошибка.
Идейная часть русского общества хорошо знавшая, что Воскресные школы — есть единственный доступный путь, через который может проникнуть в народные массы просвещение и знание, ибо других путей тогда не было, боролись за существование школ; ходатайствовала перед административными органами, но безуспешно…
Некоторые лица открывали под настойчивыми просьбами учащихся в школах у себя на дому воскресные занятия (например, Стасов и др.) Много энергии ушло на это дело со стороны интеллигенции и отдавая ей должное, автор книги «Наши Воскресные школы» (Абрамов) так заканчивает одну главу в ней: «История первых воскресных школ – составляет ценную страницу в истории русской интеллигенции и за эту страницу много невольных грехов простится ей» (писались эти слова в 1900 г.)
В 1864 году был издан новый устав о Воскресных школах, которым они были узаконены и могли открываться с разрешения, ведома и под бдительным надзором начальства. Словом, устав был таков по своему существу, что до конца 1866 года не открылось ни одной воскресной школы, так как не находилось охотников работать при таких условиях. И начали появляться Воскресные школы в конце 1867 года и только при духовных семинариях. Но с 1868 года в разных городах снова началось оживление в деле и жизни Воскресных школ, и за один год их появилось 33 – все с пособием от министерства народного Просвещения. За эти года (1862-1869) существовала на дому знаменитая Воскресная женская школа Алчевской – в Харькове, которой благодаря личным средствам и положению удалось сохранить ее до 1870 года, когда, наконец, ее официально признали и узаконили.
С 1869 года Министерство Народного Просвещения начало открывать школы при начальных городских училищах. Так, в Москве в последующие за закрытием 11 лет вновь основано было всего только 14 воскресных школ.


В 1870 году Московская Городская Дума начала организовывать вечерне-воскресные школы при начальных своих училищах, пригласив за особую плату учителей этих же училищ преподавать и в воскресных классах.
Не следует пройти молчанием, что в конце шестидесятых годов были в Москве открыты две школы воскресные при фабриках – Гюбнера и Цинделя, самими фабрикантами для своих рабочих. Школы эти просуществовали многие годы.
И вообще устав 1864 года о Воскресных школах предоставлял право открывать вечерне-воскресные классы для рабочих, но реакция шестидесятых годов надолго затормозила дело воскресных школ, хотя заглушить все же не могла и, как мы видим конец 60-х годов отмечается оживлением, а семидесятые годы с подъемом революционного и общественного движения оказали свое влияние как вообще на народное просвещение, так в частности и на «воскресение» вечерне-воскресных школ. В это время кроме школ думских, начали возникать школы по частному почину лиц, посвятивших себя делу народного просвещения. Вот эти-то последние воскресные школы, главным образом и играли в дальнейшем огромную роль в жизни и росте рабочего вообще и Московского рабочего в частности.
Усиливающееся рабочее движение властно диктовало свои требования, требовало оно и более просвещенного рабочего, а где рабочему было найти источник знаний, кто удовлетворил бы эти его потребности. Не было в то время ничего для просвещения взрослого человека, наоборот попытки его к просвещению подавлялись. Единственным доступным и удовлетворяющим местом были опять те же воскресные школы, и 70-ые годы отмечаются, как мы уже говорили, открытием многих воскресных школ. Реакция после 1881 года (убийство Александра II) снова отразилась на их жизни, многие закрыли, а другим чинились препятствия, руководителей не утверждали, за программами следили.
Но жизнь двигалась вперед, она же и учила, как бороться за свое существование, обходить препятствия и находить способы борьбы.
Учредителей для воскресных школ находили вполне благонадежных, тогда из высокопоставленных особо, программы представлялись на утверждение одни, а преподавали совсем по другим, имели учебники одни, а учили по другим и т.д.
Конец 80-х годов особенно выдвигается по числу вновь возникающих воскресных школ. На сцену русской жизни выступает особенно сильно новый фактор, — рост фабрик и заводов, а вместе с тем и численный рост и качественный состав рабочего. Вот этот-то фактор резко выдвинул необходимость существования Воскресных школ и не казенных, не духовных, не все равно с какими учащимися, а для однородного по составу, определенного по социальному положению рабочего.
Необходимость в Воскресных школах явилась особенно сильной именно теперь, т.е. с конца 80-х годов, потому что в рабочем сильно проснулась жажда учиться, жажда осознать свое положение. По официальным  сведениям инспекторов Народных Училищ города Москвы в воскресных школах того времени взрослых фабричных рабочих и работниц было 70% всего состава. От состава учащихся и под их давлением, часто как будто и незаметным, изменяется и программа, и метод обучения, и библиотека и проч. Так, Воскресные школы первые ввели звуковой способ обучения, отсюда он перенесен в школы вообще. Все здесь было не так как в школе вообще. Надо было уложиться в несколько воскресений, надо было беседовать о многом, а поэтому там не теряли ни одной минуты ни ученики, ни преподаватели. Занимались часто при самых неблагоприятных условиях, в тесноте, в духоте, при шуме.
Несмотря на то, что в 1891 году издается снова грозный, стесняющий циркуляр Министерства Народного Просвещения, движение не только не останавливается, а наоборот растет и ширится. Голод в России в 1891-93 годах дал тоже заметный толчок в деле народного просвещения вообще и отразился в частности и в деле распространения воскресных школ.
Следует привести, может быть не совсем полный перечень возникших тогда Воскресных школ в Москве, а именно: первая женская Воскресная школа в Москве открылась в 1889 году (март), учредительницами ее были В.С.Костролина, ныне здравствующая (и, кстати сказать, и теперь состоящая заведующей воскресных школ на Плющихе, несмотря на свой преклонный возраст) Алексеева и Е.Н.Цветкова, которая осталась в числе руководителей школы до конца своей жизни, т.е. целых 22 года (умерла в 1911 году).
2-я женская школа открыта тоже в 1889 году, учредительница ее С.В.Глинка, она же в 1891 году открыла еще школу 7-ю женскую на Таганке, а в 1896 году ею же открыта воскресная школа на табачной фабрике Габай. Она буквально отдала всю себя Воскресным школам, вплоть до скудного жалованья, которое она почти целиком тратила на школу, сама часто недоедая.
3-я женская воскресная школа открыта в 1890 году Погожевой при фабрике братьев Бахрушиных, 4-я женская в 1891 году Алексеевой на немецкой улице (ныне Баумановской). 5-я женская школа 1891 год у Покровского моста; 8-я женская школа открыта в 1892 году, 6-я мужская гимназия открылась в 1891 году (вечерне-воскресные классы) при мастерских Московско-Казанской железной дороги, при содействии и руководстве инженера Б.В.Беккер  (выделено нами. Беккер — многолетний друг и покровитель семьи Бусловых).
Правление дороги ассигновало на устройство и содержание 400 рублей и дало помещение. Эта школа имела до 200 учащихся главным образом рабочих мастерских.

В 1892 году открылась женская воскресная школа при фабрике братьев Прохоровых, игравшая в свое время большую роль в революционном движении того времени.

В 1896 году в Москве открылось 4 школы, из них одна была на фабрике Жиро, одна при частной школе Мещериковой и на заводе Тиль, которая в 1897 году перешла в ведение Русского Технического Общества. Самой заметной преподавательницей этой школы, в то время уже партийной (большевичка) была Л.И.Скворцова. Особенность этой школы, отличающая ее от всех вышеперечисленных, это платный преподавательский труд.
Не безынтересно здесь вспомнить, что когда преподавателям воскресной школы при фабрике братьев Прохоровых была предложена плата за их работу по школе, все они подали заявление об уходе, сочтя себя оскорбленными этим предложением. Такова была психология просветителей того времени. (Ученики того времени тоже находили вполне приемлемым для своей идеологии бесплатный труд преподавателей и работников воскресных школ). Но этот взгляд со временем резко изменился. Так в самом конце 90-х годов и в 1900 году наоборот, ученики рабочие считали для себя уже унизительным пользоваться благотворительностью и в некоторых школах установилось платное преподавание. Но осуществить платность, отказаться совсем от безвозмездной работы, конечно, не удалось, ибо средств никаких школы не имели, за немногими исключениями, а сборы с лекций, например, еле-еле удовлетворяли нужду в учебниках, пособиях и прочих расходах.
Припоминается здесь страничка из жизни одной школы (Пушкинской в Сокольниках), в этой области, а именно все преподаватели, конечно, учили бесплатно, и только законоучителю платили за урок закона божия по воскресеньям, но он ни разу, ни одного урока не провел, за что и были ему, конечно, очень благодарны, но он считался законоучителем, ибо без такового тогда нельзя было существовать.
С 1895 года появились воскресные школы смешанного типа, то есть обучались вместе и рабочие и работницы. Это небольшое как будто явление, имело важное значение, а именно у женщин оно послужило толчком к расширению их кругозора, а у рабочих изменилось пренебрежительное отношение к способностям женщины учиться наравне с ними.
В 1897 году Московское отделение Российского Технического Общества открыло в Москве столь известные Пречистинские курсы для рабочих. Курсы имели 2 отделения: I (первоначального обучения) и 2 специальное систематическое для окончивших начальную школу. Обучение велось совместное и рабочих и работниц. Подробная история этой, в сое время, крупной культурно-просветительной организации, игравшей большую роль в жизни московского рабочего, изложена во многих литературных очерках, а для настоящей работы по истории вечерне-воскресных школ, предполагается выпустить отдельной частью или главой и, вероятно, с несколько иным освещением и со многими подробностями, доселе неизвестными.
В этом перечне школ, возникших до 1900 года указаны, так сказать, выдающиеся по своей деятельности Воскресные школы, они имели каждая свою историю, участники их жизни многие есть еще в живых, они могут многое восстановить и наша задача в дальнейшем собрать возможно полный материал о них и о той роли, какую они сыграли в Московском рабочем движении.
По некоторым школам материалы в виде записей, писем, отчетов, воспоминаний уже собраны и ждут своего выявления, если в таковом обнаружится надобность для современников. А, по нашему мнению, надобность эта есть, хотя бы даже по одному тому, что и сейчас не изжита потребность и в вечерних и в воскресных школах, а знать историю своего предшественника невредно и учащемуся и учащему современной воскресной школы, да кроме, вероятно, во многом опыт прошлого послужит в пользу настоящему.
Итак, год за годом при фабриках и заводах, при городских училищах и разных учреждениях возникали воскресные школы. Для рабочих это был единственный доступный тогда способ найти удовлетворение своей потребности знать, научиться грамоте, собраться вместе в большом количестве, сходить на экскурсию в музей и так далее. И не было ни одной вечерне-воскресной школы, которая не оказалась бы переполненной настолько, что к прискорбию преподавателей и учащихся иногда приходилось отказывать. Если прочитать письма или анкеты учеников-рабочих получится ясная картина того интереса к школе, того разнообразного запроса к ней, которые предъявлялись и которые по мере возможности удовлетворялись.
Разрешим себе сделать маленькую выписку из книги («Хроника воскресных школ» — Салтыковой). «Учащиеся в воскресных школах, большею частью принадлежащие к рабочему населению и большею частью взрослому, сообщают школе серьезный характер. В воскресной школе вас охватывает атмосфера серьезного труда, работа здесь идет напряженно и сосредоточенно; вы чувствуете, что здесь дорога каждая минута, здесь люди сходятся один раз в неделю по нескольку часов, и часы эти оторваны от отдыха; внимание не ослабевает, несмотря на шум соседей-учащихся, несмотря на тесноту и духоту».
Итак, неуклонно нарастая, шло движение в деле воскресных школ и, хотя правовое положение их не изменялось, административные кары не прекращались. А, так как теперь в школу шел уже не только неграмотный и темный рабочий, но и хорошо грамотный, высококвалифицированный, с жаждой знания и дальнейшего своего просвещения, то и правительственные органы обращали сугубое внимание на жизнь воскресных школ, на того, кто там учился, кто учил и чему там учат. Программы и библиотеки контролировались, преподаватели обязательно должны были быть утверждены и только «с благонадежностью», выданной полицейскими органами. Внутрь школ стремились проникнуть правительственные агенты под видом учеников, и, несмотря на бдительный дозор со стороны учащихся, им тогда удавалось проникнуть, и, конечно, результаты этого давали себя знать. История каждой школы в свое время многое расскажет из этой области.
Просвещенное общество, оценив огромное значение воскресных школ, пыталось организовать официальные легальные пути существования школ, создавало формы для покровительства над ними от административного произвола, так, например, было устроено специальное «общество попечения о Воскресных школах» и, несмотря на скромные его задачи и цели, его закрыли. Московский комитет грамотности, закрытый администрацией в 1896 году, создал специальную комиссию в помощь воскресным школам, но сделать много эта комиссия, конечно не могла. Российское Императорское Техническое Общество многое намечало, многое из намеченного для просвещения оно и сделало, но, конечно, далеко не все, что оно при наличии просвещенных сил, в него входящих, могло бы сделать в смысле культурно-просветительной работы. Но все же под его вывеской обеспечивалась наиболее свободная для того времени возможность существования воскресных школ.
В 1896 году издан циркуляр о переводе всех Воскресных школ в ведение «святейшего» Синода. Это была новая разрушающая попытка, но она тоже только мешала, тормозила, но задушить властного рабочего дыхания не могла и не смогла.
В большинстве своем Воскресные школы официальные и полуофициальные просветительские организации вели, если не исключительно, то во всяком случае преобладающее, культурно-просветительную работу среди взрослых рабочих, приходивших туда учиться. Конечно в истории рабочего движения, в тесном значении этого слова они, может быть, играли и небольшую роль, но в смысле подготовки кадров просвещенного, разбуженного от темноты московского рабочего, эти школы и организации, конечно сыграли большую роль, и история отведет им в этом подобающее место. Рабочий, конца девяностых годов, бывший учеником Воскресной школы, был уже далеко не тот, которого мы видели в восьмидесятых годах и в начале 90-х. Он тоже шел учиться, тоже жаждал просвещения и знания, но этого ему было уже мало. Он уже вникал и вник в социальную структуру общества, он уже изведал силу своего значения, как класса, он уже постиг формы борьбы с противниками своего класса, и это не могло не отразиться и на физиономии Воскресных школ. Своим коллективом ученик оказывал давление на руководителей и преподавателей в смысле построения программы занятий, часто совместно с учащими решал, чему и как ее учить.
И взгляды учащих и руководителей Воскресных школ в эти годы резко разделились на два течения. Одни смотрели на свою работу как на «культурное дело», дело само по себе ценное, по так называемой теории «маленького дела», а другие во главу угла ставили политические и социальные задачи того времени и своего дела. В Воскресной школе не отделяли от этих задач: конечно, это налагало и свой отпечаток на каждую школу в отдельности, в зависимости, кто и что преобладало в ней, а посему каждая из них имеет свою характеристику.
Дальше мы обязаны рассказать о революционном и партийном элементе в Воскресных школах в лице преподавателей и учеников-рабочих и о проникновении деятелей партии того времени (С.Д. и С.-Р.), но это дальше, если нам представится возможность дать описание школ в отдельности, осветив сущность каждой из наиболее выдающихся, тогда  же нужно будет и дать, хотя бы беглые портреты учащихся и учащих. Очевидно, это займет отдельную главу настоящей скромной работы, взявшей на себя обязанность кратко восстановить в памяти переживших указанную полосу и познакомить интересующихся из современников с небольшой, но блестящей страничкой, уже далекого от нас прошлого из жизни рабочего и культурно-просветительного движения города Москвы, какой является, по нашему мнению, страничка о воскресных школах.

Также отдельной главой должны быть даны и следующие этапы воскресных школ, то есть от конца девяностых годов до 1905 года и даже до 1907 года, когда произошел сдвиг во всем, в том числе и в жизни культурно-просветительных организаций, ставших на новые рельсы.
ФАИНА БУСЛОВА.
Москва 1929 год
март

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *