Над суетой вознесся духом

В этот день — 27 сентября, но 13 годами ранее,  в газете «Независимая Молдова» напечатана статья Натальи Алексеевны Васильевой о замечательном художнике-керамисте республики Молдова Сергее Семеновиче Чоколове. Статья юбилейная, в 2002 году Чоколову исполнялось бы 110 лет.
Это была одна из нескольких публикаций НА предшествовавших написанию большой монографии о художнике.   (С другими статьями о Чоколове можно ознакомиться здесь и здесь).
С.С. Чоколов

Над суетой вознесся духом.

В стародворянской семье Чоколова был девиз, который художник повторял на собраниях, съездах и в частных беседах. Мастера старшего поколения знали его наизусть: «Жизнь без труда – воровство, труд без искусства – варварство”. Эти слова не были красиво звучащим афоризмом.  Они были стержнем всей творческой жизни художника, как бы уже принятым решением для пиковых ситуаций в его судьбе.
В 1962 г. Чоколову исполнилось 70 лет.  Он был уже известным и уважаемым мастером, с именем и званием.  Ничто не предвещало кардинальных перемен в его творчестве.  Но когда в газетах верстались праздничные статьи в его честь, он тяжело заболел: правая рука перестала слушаться, потерял речь, сгорбился, постарел.  Медицина предписывала покой, покой, покой.  Но покоя не давал девиз.  Он требовал от художника и труда и творчества.  Но как?  Болела голова и шумело в ушах, левая рука дрожала, двигался он очень медленно, а глина быстро пересыхала.  Вся ранее наработанная методология, т. е. гончарный круг, ручная формовка, росписи, — теперь оказалась неосуществимой. Ему предстояло еще 16 лет безмолвной жизни… Но если это жизнь, то без искусства она для него немыслима.
Через три года на его персональной выставке было представлено 92 новых произведения!
Другим стал их образ. Часто – необъяснимо фантастическим,  с намеком на животных, архитектуру,  близким к скульптурной пластике.   Полифонически звучавший ранее цвет сменила богатейшая игра светотени, полутонов и бликов.  Контрасты разнообразных рельефных фактур и лощения, задымления, холодная окраска усиливали эмоциональное воздействие, их художественное обаяние в живой и разнообразной форме.
Если прошлое время оставило нам его энергичное и радостное ощущение от солнечного пейзажа народного творчества, духа края и духа времени, то теперь круг его впечатлений значительно сузился, но и заставил быть обостренно внимательным  к находящемуся совсем рядом с ним.
Перед окнами его квартиры росли три дерева разного возраста.  Может, от них в керамике художника появилось столько ощущений дерева?  Полированного временем, покрытого седой корой и мхом с прихотливыми побегами…  Скорбные стволы с напрочь как бы гильотинированными ветвями.
Однажды, навещая Чоколова, я увидела на полках его новые произведения. Они вызывали ассоциацию с водорослями, кораллами или спрутом.  На одном из них был надет каркас-клетка, в котором бушевало странное существо.  » Что это? ” –  спросила я у художника.  Он неожиданно показал на топившуюся печь.  » Это огонь? ” » Да, да, ” – закивал художник.  Всесильный яростный огонь в клетке…    Этот случай и заставил меня оглядываться и искать прототипы произведениям художника.
Была еще часто звучавшая в доме Чоколова музыка: Чайковский, Моцарт, Бетховен, Шопен…
Ему оставалась память с подсознанием, будто когда-то видел и чувствовал какие-то формы. Конечно же, в его памяти возникало самое счастливое и дорогое время молодости.  Так уж получилось, что Чоколов родился на рубеже веков – в 1892 г., когда в искусстве формировалась новая художественная культура – сложная и противоречивая.   Она стремилась через синтез разных видов искусств выразить дух переломной эпохи.   Этот стиль назывался модерном.   Для него характерна трактовка растительных и животных мотивов в беспокойном ритме гнутых и ломаных линий.  Поэтому в произведениях Чоколова этого периода есть намеки на растения и животных и тревожное напряжение, также характерное для этого стиля.
Сергей Семенович родился в Москве.   Дворянское гнездо их семьи нам хорошо известно по двум картинам Поленова: В «Московском дворике” слева виден боковой фасад  дома и Спасопесковская  церковь 17 века.   В ней крестили Сережу.  Она стоит и поныне.   А в «Бабушкином саде” их дом можно рассмотреть подробнее.  Он не сохранился.
Мать Сергея Семеновича – Екатерина Николаевна – была урожденной Веневитиновой, родственницей известного поэта.  Удивительно, как его далекие стихи созвучны жизни Чоколова.
                                      Природа не для всех очей
                                      Покров свой тайный подымает:
                                      Мы все равно читаем в ней,
                                      Но кто, читая, понимает?
                                      Лишь тот, кто с юношеских дней
                                      Был пламенным жрецом искусства,
                                      Кто жизни не щадил для чувства,
                                      Венец мученьями купил,
                                      Над суетой вознесся духом
                                      И сердца трепет жадным слухом,
                                     Как вещий голос, изловил!
Поскольку отец Сергея Семеновича служил главным инженером Архангельской железной дороги, которая принадлежала крупному промышленнику  и меценату Савве Мамонтову, семья часто гостила в его загородном доме в Абрамцеве. Поэтому у Чоколовых  было много знакомых художников из «абрамцевского круга”. Так, В. А. Серов писал  портреты родителей Сергея Семеновича и давал уроки живописи его матери.
Благодаря советам Мамонтова отец имел предприятие по изготовлению фарфоровых изоляторов. Там будущий художник обжег первые свои керамические работы.  А мать организовала кустарные мастерские, где ткали ковры по эскизам известных Лансере, Головина, Билибина. В этих мастерских Чоколов учился ткать ковры и любить эту работу.
Собственно, его готовили быть художником и руководителем этих мастерских. Поэтому он закончил Строгановское высшее художественно-промышленное училище.  Но, закончив его в 1914 г., он тут же женился на дочери бессарабского помещика – Софье Кристи. Это обстоятельство навсегда соединило его с нашим краем.
А там дальше – первая мировая война, революция, которая очень изменила материальную сторону его жизни. Он в качестве шофера объездил с этюдником Европу, а вернувшись опять в Бессарабию, зарабатывал реставрацией росписей и икон в монастырях и церквях.  Потом вторая мировая война…
И только в 1948 –м, когда был организован керамический цех в Худфонде, уже немолодой художник с вулканической энергией приступает к любимой работе. Диапазон его творчества необыкновенно велик: от мелкой бытовой посуды до двухметровых парковых ваз, а еще народные костюмы, мебель, ковры…
Керамический сервиз для вина и фруктов «Цветущая Молдавия”, как и все его ансамбли с богатейшим размахом форм, величины, цвета, — интересны как театр. С главными и второстепенными героями, с большими и маленькими ролями. Они рассказывают о красоте молдавского лета, в них притаились вихри свадебных плясок.
И ничто не предвещало кардинальных перемен в его творчестве…
Сергей Семенович тихо угас в январе 1977 г. Он умер в достойном окружении своих произведений.
* * *
С. С. Чоколов (1892 – 1977).  Народный художник МССР, лауреат Государственной премии, участник многих республиканских, всесоюзных и зарубежных выставок, в том числе и Всемирной выставки в Брюсселе. Его работы хранятся в Государственном Национальном музее Молдовы и в Женевской академии керамики.
Наталия ВАСИЛЬЕВА.
PS C работами Чоколова можно ознакомиться здесь и здесь.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *