Осенние радуги. Ко дню рождения художника Алексея Васильева

Сегодня день рождения Алексея Александровича Васильева — отца Натальи Алексеевны. Ему исполнилось бы 106 лет.  Последняя круглая дата  в 2007 году — 100 лет.  Тогда вышли в печать ряд статей. Выкладываем одну из них. Напечатана в газете «Деловая Молдова». Автор — журналист Раиса Казакова.

ОСЕННИЕ     РАДУГИ

          С юбилейной выставкой  работ Алексея Александровича  Васильева  меня знакомит его дочь  Наталья Васильева — тоже художник. Для нее — это еще одно свидание с отцом. Для меня — встреча с талантом, а еще — с нашей  молодостью. Сегодняшние молодые, конечно же, уже никогда не увидят ту низину, которая стала  дном Комсомольского озера. Никогда не видели и не увидят они  покосившихся  хибар  вдоль сегодняшних улиц Пушкина, Докучаева, Академической… Вот еще одна — тоже запечатленная  художником, — Купеческая… Домик, где когда-то жила известный художник Евгения Малешевская. Тут собирался  кишиневский «бомонд». Бывали в гостях у нее Рахманинов и Шаляпин… Много позже приютила  она и художника Васильева, приехавшего в сороковом создавать Союз художников Молдовы.
          Маленький дворик. Чуть приметное ограждение. Белье на веревке… Такой вот  интерьер, в котором  улыбается  розовощекая  девчушка с алыми бантиками в косичках. Это   Наташа.  «Натура», уже тронутая сединой, — со мной рядом. Каждый день перед открытием выставки  она несет сюда цветы. Каждый день не раз и не два обходит экспозицию. Погружается во время, когда жив был отец. Расстояния придают  особую выразительность ушедшим от нас любимым. Только сейчас, может она и понимает, сколько триумфов  в творчестве отца  когда-то не приметила. По признанию, он был не домоседом, а скорее кочевником: «После аспирантуры в Третьяковке сразу  же уехал на Камчатку. Медовый месяц  отмечал в  Анадыре. Тут вскоре на свет появилась и я «.
          Дворик на Купеческой… Он стал точкой, от которой  побежали пути-дороги  художника Васильева по земле Молдовы. Палитра тех лет донесла  до нас не только лики  городских окраин Кишинева, но и лики села. «Зарастают военные тропы», «В старых Ганчештах»,  «Вечер в Леушенах»,  «На колхозном току», «Молотьба», «Долна», «Земфира»… Пушкинскую тему он любил по-особому. А еще очень любил осень. Осени на выставке  много. Она полыхает всеми цветами  радуги. И в пору увядания это время года у  художника  светло, жизнерадостно, поэтично и уникально. Понимание этого рождает сравнение. Как же не похож сентябрь Молдовы на соседствующий с ним  сентябрь в Саянах…
           Природа бескорыстна. Она безвозмездно  отдает  нам все. Потому, наверное, ей художник отдавал предпочтение. Побывав в Шушенском, в памятных местах, привез кипу этюдов с пейзажами…
Эта натура с ее очарованием и катаклизмами  художнику всегда была ближе, чем  человеческие страсти.  Впрочем, наблюдать их он любил на базаре. В его коллекции три таких  многокрасочных  полотна — «Чукотская  ярмарка», «Кишиневский послевоенный базар» и «Сенегальский базар»… Первая работа еще при  жизни художника  стала достоянием Филадельфийского  музея  изобразительных искусств.
В Национальном музее истории на юбилейной выставке, посвященной девяностолетию  художника, было и еще одно полотно,подтверждающее  избирательную причастность живописца к людским страстям: «Горе и гнев Вьетнама». Трагедия. Большой формат. Тема взывала  к масштабу…
           Художник любил и страдал. Хотел, чтоб  его настрой был понятен другим. И тогда, когда жил темой долгие годы. И тогда, когда  стремился донести сиюминутный взгляд  на встреченное в пути… Таких встреч в последние годы было немало. Он ездил в Китай. И тоже рисовал не «объекты официального почитания», а то, к чему тянулись взгляд и душа: «Гору  восходящего солнца»,  «Храм — убежище духов в Ханжоу», «Джонки на реке Янцзы»…  Никогда не писавший воду, он впервые прикоснулся к ней. Там он не рисовал , а схватывал. «Китайские этюды — это боль кисти, — вспоминает Наталья Алексеевна. — Невозможно было писать. Сложная рабочая программа. И постоянный цейтнот…»
         С тем  же багажом сиюминутных этюдов -«нашлепок», приехал он из Африки. Воспроизведенные  уже дома виды и краски этой земли восхищают  и манят загадочностью  в картинах  «Старый Каир», «Пирамида Джосера», «Улица в Дакаре»… Путешествие во времени. Путешествие в пространстве. Путешествие, не дающее покоя и дома… Все это  требовало колоссальной концентрации сил, чтобы пульсирующие мгновения  остановить  и подарить нам. Навсегда. На вечную память. А ведь у художника  было на земле много других любимых  мест. Чего стоит одна только подробность: он родился и до учебы в вузе жил  в Самарканде…
         У начала экспозиции — портрет художника. Таким Алексея Александровича Васильева запечатлел его друг, тоже живописец Георгий Юстер. В том самом дворике на Купеческой… Тогда он не был заслуженным  художником республики, и известность его делала первые шаги. Что привлекало  в нем уже тогда? «Талант, к которому ничего не добавляют ни регалии, ни звания… И еще — открытость  таланта для других»,-  говорили мне его ученики.
           Многие были на открытии выставки. «Выдающийся  художник»… «Первооткрыватель самобытного молдавского пейзажа»… «Известный миру мастер»… Эти и другие слова звучали здесь, звучали и такие : «Если  мы будем забывать прошлое, у нас никогда не будет будущего»…
           …Сделав еще один — прощальный — круг по экспозиции, я вновь подошла  к портрету у входа, где рдели яркие осенние хризантемы.
            —  Наталья Алексеевна, — спросила, — идея выставки  принадлежит кому?
            —  Мне, конечно…И идея мемориальной доски — тоже.Кто-то же должен помнить. — Идею поддержали  в Министерстве культуры. И сделали все, чтобы она воплотилась в жизнь. Благодарна всем. Особо,  заместителю министра культуры  Алексею Афанасьевичу Колыбняку, тоже художнику. Очень прошу его имя назвать.
             Называю… А в постскриптуме хочу сказать и вот о чем. Слава богу, что у известных людей есть «потомки по прямой», которые не позволяют памяти гаснуть… Но чтобы она была нетленной и вечной, чтоб   «не обрывалась  времен связующая  нить», этого мало, очень мало. Неисчерпаемость  памяти — в нас.
   «Деловая газета»  24.10.97 (Молдова)                                                                     Раиса  КАЗАКОВА
Подписи к снимкам:Алексей Александрович Васильев среди учащихся Республиканского художественного училища-     на выставке  А.А.Васильева в Кишиневе-   работы художника.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *