Память об отце. Служение

Ирина Субботович
Кишинев, Молдова

Постоянно читаю замечательный сайт об учителях, созданный Ярославом Васильевым в память о своей сестре, талантливом педагоге Наталье Алексеевне Васильевой. С Наташей мы дружили долгие годы, начиная с тех пор как она делала на телевидении детскую передачу «Давайте фантазировать», на которую приходило неимоверно большое число писем, а я была редактором этой передачи. Шли годы, работа на ТВ осталась в прошлом, а наша дружба продолжалась.

Наташины родители и мои были знакомы, они часто встречались в семье ученого виноградаря Ивана Ивановича Романова. (1)   На мой взгляд, этитри супружеские пары были похожи в том, что преданно относились к своей работе и к своим семьям.

Мне хочется, чтобы на сайте об учителях появились мои воспоминания о профессоре, члене-корреспонденте ВАСХНИЛ и моем отце Анатолии Степановиче Субботовиче.


Анатолий Степанович Субботович

Служение

Говорят, что родителей не выбирают. Каждый,  у кого долгие годы в  жизни были и мать и отец,  уже счастливы. И мне повезло с родителями — и с мамой, и с бабушкой,  и конечно же, — с отцом. Я это поняла довольно рано. Расскажу такой случай.
Я была первоклассницей, дело было перед Новым годом. Возвращаясь из школы домой, я остановилась — буквально замерла перед киоском на улице, где продавались новогодние елочные игрушки. Надо сказать, что это был 1948, тяжелый год, и не только елочных, но и вообще игрушек у меня и у других детей было очень мало. И вдруг одно неловкое движение! — и целая коробка с игрушками падает и разбивается на моих глазах. Что делает продавец? Он тут же отбирает у меня портфель и говорит: «Не отдам, пока не приведешь родителей». Трудно передать весь мой ужас. Я, наверное, впервые столкнулась с агрессией со стороны посторонних людей, к тому же понимала, что и дома будут ругать, и в школу без портфеля не придешь. Дома я рассказала о случившемся не маме, не бабушке, а отцу. Он спокойно взял меня за руку и мы пошли с ним к тому продавцу. Папа заплатил деньги, и конфликт былулажен — меня никто не ругал, все обошлось. С тех пор я поняла, что у меня есть защита в лице отца, и эта защита была у меня долго, можно сказать, всю жизнь.

Папа был очень дисциплинированным человеком. Он рассказывал, что это чувство дисциплины, упорядоченности в жизни в нем воспитало пребывание в Кишиневском училище виноградарства и виноделия — он там и учился, и жил в общежитии. Все было расписано по часам и минутам. Так и впоследствии прошла его жизнь, расписанная по часам и минутам, одно влекло за собой другое, расширялся круг обязанностей, все надо было делать во время, как следует, и постоянно, как он считал, надо было идти вперед, не останавливаясь. Он работал на время, а время работало на него. Сейчас я уже понимаю, что он был типичным представителем того поколения советской интеллигенции, становление которой пришлось на первые послевоенные годы. Их образ жизни можно охарактеризовать таким словом как Служение. Служение с большой буквы — стране, обществу, народу через свое конкретное дело, которое эти люди старались выполнять как можно лучше. В этом они становились примером для своих учеников, которые в свою очередь передавали эти черты другим поколениям. Но и они умели учиться усвоих учителей.

Не раз отец рассказывал такой случай. Один известный человек в преподавательском и научном мире назначил ему встречу в 7 утра с тем, чтобы выехать в учебное хозяйство сельскохозяйственного инстита по каким-то неотложным делам. Встреча должна была состояться около институтского гаража. Анатолий, тогда молодой аспирант, подошел к назначенному месту когда стрелки часов показывали 7 часов и одну или две минуты. Машина отъезжала, и сидевшие в ней наверняка видели, как он подходит к месту встречи. Видели, но неостановились!

Это был довольно жестокий урок. В свою очередь, но в более мягкой, по-моему, форме отец преподал этот же урок дисциплины своему аспиранту Юрию Николаевичу Новосадюку, и Юрий Николаевич, по-моему, не в обиде на него за это. Наоборот, рассказывает об этом с удовольствием, и наверное, у него есть соблазн проделать такую же штуку с каким-либо из своих теперешних подчиненных.

Папа был человеком с многосторонними интересами. В разное время он занимался охотой и рыбалкой, любил ходить на футбол, занимался фотографией. Ко многому он пытался приучить и меня. Например, научил меня плавать, играть в шахматы, в пинг-понг. Первый мой суп мы сварили по его инициативе вместе — помню, что это был овощной суп-пюре. В нем были даже корни петрушки, за которыми отец специально спустился в погреб и достал оттуда засохшие сморщенные палочки, которые потом придали такой необыкновенный аромат этому моему первому в моей жизни супу. И к литературе он тоже меня приохотил вот каким образом. Где-то в третьем, наверное, классе нам задали сочинение на тему «Моя улица». Я написала нечто, чтобы только отделаться. Дала прочитать отцу, и он обратил мое внимание на то, что можно отобразить и то, и другое, в общем, совсем иначе подать эту самую нашу Омскую улицу в Кишиневе в районе Комсомольского озера, где мы прожили долгие годы. Сочинение в тот раз получилось и с тех пор они, эти сочинения, стали мне удаваться. Каким-то косвенным образом это и привело меня к профессии, которой я занимаюсь вот уже невообразимо много лет. Был очень хорошим мужем, очень внимательным и заботливым дедом и прадедом. Когда его правнук Толик был в очень еще нежном возрасте, подарил ему глобус и они подолгу вместе его крутили, рассматривали. Называлисьстраны, города, реки. Я думаю, что это сыграло свою роль, и у Анатолия в школе по географии, как ни по какому другому предмету, был всегда высший балл.

Анатолий Степановичне был этаким добреньким отцом, напротив его скорее можно назвать строгим. Иначе,наверное, трудно было держать гармонию в семье, где были три женщины разных поколений — бабушка, мама и я. Естественно, возникали и какие-то спорные моменты. Но никогда он не говорил грубых слов и никогда — или почти никогда — не повышал голос. Единственная резкость, которую он себе позволял (допустим, если конфликт происходил во время обеда), он внезапно вставал из-за стола и уходил в другую комнату. И такой его протест был для нас хуже целой трагедией — мы быстро мирилисьи долго после этого ходили буквальнона цыпочках.

Это была семья, где соблюдались традиции. Одна из них традиция отмечать 13 января — день когда отец вернулся в 44 году после репатриации. Он был выслан из республики на «трудовой фронт», как он сам об этом говорил, в 1941 году и вернулся в 1945, в канун старого Нового года. Меня он впервые увидел,  когда мне было уже четыре года. О времени, которое он провел вдали от дома, рассказывал неохотно, и одна из деталей, которую я запомнила — это то, что он в какой-то из очень тяжелых периодов обменял свое обручальное кольцо на буханку хлеба.Так что самым главным праздником в году был в нашей семье день 13 января, когда папа вернулся.

Когда он вернулся 13 января 1945 года, я думаю, что он испытал и счастье от встречи с женой и с дочерью, и одновременно, большое разочарование, поскольку он узнал, что его мама с братом Всеволодом ( Севой) эммигрировала в Румынию.Так одна семья воссоединилась, а другая была разрушена.

В разные времена наша семья жила в смысле материального достатка по-разному. Был период, в послевоенные годы, когда отец работал в Каларашском районе агрономом и из всех продуктов выручала только одна фасоль, а когда прошли голодные 46 и 47 годы, то жизнь тоже не была роскошной, помню, что сливочное масло, например, покупалось только для меня. Потом стали жить получше, с едой уже не было проблем, уже покупались какие-то вещи, появилась машина. Но если 70-е, 80-е годы отмечены для отца и его семьи материальным благополучием, безусловно, относительным, безусловно, заслуженным- то начало 1990-х было печальным. Об этом не надо рассказывать, это все помнят. Я не знаю подробностей, но Анатолий Степанович был вынужден уйти из своего родного Кишиневского сельскохозяйственного института им. М.Фрунзе, и на выручку к нему пришел Виктор Алексеевич Цуцук, тогдашний директор Национального института виноградарства и виноделия, предложив ему достойную должность и, соответственно, зарплату. Папа, а вместес ним и его жена Лусик Арсеновна, и, конечно, я очень благодарны этому человеку. Именно он, когда отец уже был тяжело болен, был последним из друзей, попрощавшимся с моим отцом.

В этом  же научно-исследовательском институте виноградарства и виноделия было замечательно отмечено 80-летие Анатолия Степановича. Он гордился тем, что пришло столько народу, что был и президент Мирча Иванович Снегур, который, поздравив его, и не забыл при этом отыскать глазами в толпе народа свою преподавательницу папину жену Лусик Арсеновну, подойти к ней и поздравить с юбилеем мужа.

Мирча Иванович Снегур

Вообще мамино и папино имя было для меня как бы пропуском в круг людей сельскохозяйственной науки- когда по долгу журналистской службы я обращалась к тому или иному человеку и они узнавали, что я их дочь, то сразу говорили много хороших слов о моих родителях, раскрепощались и готовы были уделить мне массу времени — столько сколько мне было нужно.

И еще я хотела сказать вот о чем. Папа, по национальности русский, был настоящим бессарабцем. Он очень хорошо знал румынский язык, поскольку какое-то время учился в Бухаресте, конечно, он не был безразличен к событиям, которые происходили 15 лет назад и были связаны с провозглашением независимости Молдовы. И я хочу сказать, что если бы все были настроены так терпимо и толерантно и разумно к происходящему, как мой отец, то вероятно все это произошло бы менее болезненно, без таких острых конфликтов и столкновений, которые мы все пережили.

Ирина Анатольевна Субботович

(1) В архиве Васильевых найден подарок от четы Романовых



Глубокоуважаемому Алексею Александровичу Васильеву
в день пятидесятилетия от друзей
Раисы Осиповны и Ивана Ивановича Романовых
30 сентября 1957 года.
(Через 6 дней этому подарку будет ровно 55 лет).

К сожалению фотографии Ивана Ивановича Романова нет ни в архиве, ни в Интернете. Зато есть фото Раисы Осиповны.

Кишинев, конец 1970-х годов. У могилы художника А. Васильева
Раиса Осиповна Романова (сидит в белой шляпке).  НА стоит в центре со своей мамой Татьяной Анатольевной. Справа стоит  скульптор Лазарь Исаакович Дубиновский

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *